Реклама:
Мы помогаем вам ориентироваться в ценах, товарах, продавцах. PriceTerra.by

Рассылка
Подписчиков: 38
Рак. Национальная противораковая программа.
Дата: 29.03.2020

Уважаемые подписчики!

Сегодня я предлагаю Вашему вниманию очередной выпуск рассылки, в котором расскажу о лаборатории медицинского скрининга, истории её создания, задачах, стоящих перед лабораторией сегодня и проблемах, которые мешают решению этих задач. Прочитав этот выпуск, Вы сможете сами решить, принимать ли лично Вам участие в реализуемой сегодня программе скрининга, или нет.

Тема выпуска: «Медицинский скрининг. Дорогая игрушка, или насущная необходимость?».

Историю создания и работы лаборатории медицинского скрининга, которая сегодня функционирует на базе Федерального научного клинико-экспериментального центра традиционных методов диагностики и лечения Минздрава России, следует начинать с 3 Всероссийского съезда онкологов, на котором выступил бывший тогда министром здравоохранения РСФСР профессор Потапов А.И. В своём выступлении министр подчеркнул важность максимально раннего выявления больных злокачественными новообразованиями, при этом он особо указал на целесообразность выявления групп повышенного онкологического риска. Внимание министра к этой проблеме было обусловлено тем, что только 10% больных злокачественными новообразованиями выявлялись активно в процессе профилактических осмотров, т.е. до того момента, когда пациент начинал предъявлять жалобы и обращался к врачу. Жалобы пациент начинает предъявлять уже на далеко зашедших стадиях опухолевого процесса. Лечение таких больных протекало тяжело, носило, как правило, калечащий характер и стоило дорого.

После завершения работы съезда, министр здравоохранения РСФСР имел продолжительную беседу с директором НИИ онкологии им. П. А. Герцена Чиссовым Валерием Ивановичем. Результатом этой беседы и стало решение о создании в Московском научно-исследовательском онкологическом институте имени П. А. Герцена лаборатории онкологического скрининга. На должность заведующего лабораторией пришла профессор Сотникова Елена Николаевна.

Перед лабораторией была поставлена задача - определить возможность выявления групп повышенного онкологического риска и, в случае успеха, разработать программу автоматизированного выявления пациентов, у которых вероятность появления злокачественных новообразований наиболее высока. Программа должна была иметь большую пропускную способность и не требовать участия специалистов-онкологов на этапе предварительного отбора пациентов. Оптимальным вариантом считалась разработка автоматизированного комплекса, способного работать без привлечения квалифицированного персонала.

- С чего начинать?, - такой вопрос встал перед сотрудниками лаборатории. И здесь важно обратить внимание на сам термин «медицинский скрининг».

Под этим термином в медицинской научной литературе понимают два различных процесса:

1 - раннюю диагностику уже имеющегося заболевания (в онкологии - выявление имеющегося у пациента злокачественного новообразования);

2 - выявление групп людей, у которых болезни ещё нет, но развитие её имеет высокую степень вероятности (в онкологии - выявление людей с высокой вероятностью развития рака).

Выявление лиц, входящих в эту группу, позволило бы сосредоточить усилия системы здравоохранения на профилактике вероятной болезни, при этом пациенты, входящие в группу онкологического риска находились бы под обоснованным наблюдением специалистов-онкологов. А это гарантировало бы их, даже при отсутствии эффекта от профилактических мероприятий, от развития запущенных стадий болезни. Иными словами, даже в худшем случае лечение пациента требовало бы минимального лечебного вмешательства, т.к. болезнь диагностировалась бы на доклинических стадиях.

Так вот, поискав ответ на заданный выше вопрос, мы пришли к выводу, что методов выявления групп риска, не требующих участия высококлассных специалистов на этапе предварительного отбора,  в нашем распоряжении нет.

Для примера рассмотрим проблему диагностики рака молочной железы у женщин.

Давайте посмотрим, какими методами мы владеем для выявления данной хвори у прекрасной половины человечества и можем ли мы использовать эти методы для проведения массовых осмотров без привлечения высококлассных специалистов-онкологов.

Для выявления рака молочной железы (РМЖ) в клинике используются следующие методы:

Маммография.

В настоящий момент является основным методом в диагностике РМЖ. Ряд авторов считают, что маммография - единственный метод распознавания доклиничеоких форм РМЖ. В то же время, использование современной аппаратуры и методик сводит, по их мнению, к минимуму риск индуцированного рака (индуцированный рак - рак, развившийся из-за облучения при маммографии).

С такой точкой зрения не соглашаются другие исследователи, указывающие на определенные ограничения метода. Некоторые врачи, описывая возможность диагностики РМЖ in situ делают вывод о невозможности маммографической диагностики долькового рака (in situ) и с большим сомнением - о протоковом раке in situ.

При этом, часть специалистов указывает на значительную опасность индуцированного рака молочной железы при проведении маммографии. Они считают целесообразным использование данного метода у женщин старше 50 лет, а у более молодых пациенток - только по показаниям. Для снижения дозы облучения и повышения диагностической ценности метода предлагается использование косой проекции маммографии.

С последним заключением не соглашается другая группа специалистов, давая весьма критическую оценку чувствительности косой маммографии и попутно отмечая низкую экономию затрат при выполнении указанного вида исследования.

Эхография.

Преимущества данного метода - безопасность проведения исследования, высокая информативность. Основной недостаток - необходимость высококвалифицированной интерпретации результатов исследования. Ряд авторов научных статей отмечает возможность метода эффективно различать солидные и кистозные новообразования, однако указывает на недостаточную информативность при выявлении микрокальцинатов и ранних стадий РМЖ.

Некоторые исследователи считают целесообразным использование названного метода у молодых пациенток, с плотной тканью молочных желез, в этом случае эхография, по их мнению, более информативна, чем маммография. При этом отмечают существенные сложности в выявлении небольших по объему злокачественных опухолей, особенно замаскированных доброкачественным процессом.

Термография.

В настоящее время метод используется как дополнительный при обследовании женщин. Рекомендуют использовать термографию у молодых женщин, когда ткань желез обладает выраженной плотностью. Кроме того, контактная термография эффективна при контроле и мониторинге после органосохраняющего лечения ранних стадий рака молочной железы.

Физикальное обследование.

Эффективность метода зависит от квалификации и подготовки персонала.

Такие методы диагностики, как дуктография, пневмокистография, ЯМР-томграфия, опухолевые маркеры и ряд других экзотических методик не может быть применен в широкой онкологической практике для проведения массовых осмотров женщин в силу сложности, низкой пропускной способности, дороговизны.

Попытки сопоставления чувствительности и специфичности нескольких методов для определения наиболее информативного, не позволили отдать предпочтение какому-либо одному методу. Используя при проведении профилактических осмотров среди женщин сочетание названных выше методов, исследователи добились некоторого увеличения выявления ранних стадий РМЖ, однако даже при сочетании всех перечисленных выше методов не удалось исключить вероятность ложноотрицательного результата. Кроме того, для проведения профилактических осмотров в этом случае требуется привлечение дополнительных квалифицированных кадров и дорогостоящей аппаратуры. Всё это на столько повышает стоимость профилактического осмотра, что представляется нецелесообразным движение в этом направлении.

Анализируя наиболее известные скрининговые программы:

1. ДОМ-проект ранней диагностики РМЖ в Утрехте, Нидерланды;

2. «Джилфордская скрининговая программа»,

З .Программа центра «Тренто»,

4. «HIP-проект» США и ряд других, видно, что они представляют собой сочетание нескольких перечисленных выше диагностических методов. В этой связи необходимо отметить, что если до недавнего времени не ставилась под сомнение возможность значительно сократить смертность от РМЖ при хорошо организованном скрининге среди женского населения (впечатление усилилось после проведения исследований - «HIP-проект» и «Шведское испытание», в которых было продемонстрировано сокращение смертности от РМЖ на 30% - 34% среди женщин старше 50 лет), то в последние годы появились работы, авторы которых пессимистично оценивают возможность выявления ранних стадий РМЖ о помощью названных методов.

Одни считают, что отличия показателей смертности в «ДОМ-проекте» статистически недостоверны, а в отношении «HIP-проекта» ряд авторов утверждает, что общая смертность оказалась равна 6,82% в скрининговой группе и 6,8% - в контрольной. В шведском испытании сокращение смертности оказалось таким же, какой-либо пользы от скрининга среди женщин моложе 50 лет отмечено не было.

Все это косвенно подтверждает правоту тех исследователей, которые считают использование программ скрининга «дорогой игрушкой», не дающей каких-либо выгод, т.к. все равно остается определённое количество больных женщин, «проскальзывающих сквозь ячейки заброшенной исследователями сети». 

Мой комментарий.

Большинство авторов, оценивая возможности использования маммографии для решения поставленной перед лабораторией скрининга задач считают, что использовать её можно при условии интерпретации результатов пол системе Wolf.

Анкетный метод позволяет сформировать группу риска по данным анамнеза, сочетанию ряда признаков, однако нет единого мнения в ответе на вопрос, что считать факторами риска, а что нет. Кроме того, почти все известные факторы риска, кроме курения, и ряда профессиональных вредностей, обладают слабой ассоциативной связью с развитием раковых заболеваний.

Если мы проанализируем методы выявления злокачественных новообразований по другим локализациям, то получим подобные результаты - для выявления предраковых изменений нам нужно дорогостоящее оборудование и дорогостоящие специалисты.

Японцы, например, для выявления ранних стадий рака желудка провели массовую гастроскопию на своих островах. Результаты были впечатляющими, но и цена эксперимента - тоже внушала уважение.

В наших суровых условиях свёрнуты даже те профилактические осмотры, которые существовали во времена СССР, так что на поголовную бесплатную гастроскопию надеяться не стоит.

Сам собой напрашивается вывод, что без привлечения специалистов высокого класса к массовым осмотрам населения, решить проблему формирования групп онкологического риска мы не можем. Кажется, задача, поставленная министром здравоохранения РСФСР профессором Потаповым А. И., в наше время решена быть не может.

Однако, не будем спешить с выводами. Выход был найден там, где его никто и не искал.

Всё новое - это хорошо забытое старое.

Оказалось, в нашем распоряжении имеются методы для проведения массовых профилактических осмотров, не требующие привлечения дорогостоящих специалистов на этапе первичного отбора пациентов. Возможность решения поставленной задачи нам любезно предоставили предшествующие поколения, веками обходившиеся средствами традиционной медицины, а именно - использованием биологически активных точек на теле человека (рефлексодиагностикой) и тестированием радужной оболочки человеческого глаза (иридоскопией).

Да, уважаемые подписчики, именно изучение радужной оболочки человеческого глаза позволяет выявлять локализацию возможных патологических изменений в организме человека и составлять план последующего клинического обследования. При этом, уважаемые подписчики, прошу вас обратить внимание, что я говорю о выявлении локализации возможного патологического процесса, а не о постановке диагноза.

Иными словами, на этапе первичного тестирования мы определяем, какие лабораторные анализы нужно собрать у конкретного участника программы скрининга и какие узкие специалисты потребуются нам для уточнения клинического диагноза на заключительном этапе обследования. В результате реализации программы мы получаем дешёвый метод первичного отбора пациентов, обладающий высокой пропускной способностью. А участие дорогостоящих специалистов требуется только на завершающем этапе программы, что экономически оправдано.

И теперь несколько слов о проблемах, которые стоят перед лабораторией.

Эти проблемы стояли перед профессором Сотниковой Еленой Николаевной, сегодня эти же проблемы стоят передо мной. Заключаются они в создании системы диспансерного наблюдения за пациентами, вошедшими в группу риска, и в оказании им специализированной помощи в коррекции начавшихся патологических изменений.

Предположим, мы выявили группу риска, провели клиническую уточняющую диагностику. Получаем подтверждение, что рака у конкретного пациента (назовём пациента Анна Ивановна) сейчас нет, но развитие злокачественного новообразования весьма возможно. Что делать с этим пациентом дальше, какие рекомендации давать?

С точки зрения современной медицины, Анна Ивановна здорова и в помощи не нуждается. Но если вспомним дорогу от нормы к раку, то мы с вами, уважаемые подписчики, должны отдать себе отчёт, что Господь Бог отпустил нам от 3 до 17 лет на то, чтобы попытаться остановить движение пациента от нормы через фоновые заболевания и предраковые изменения к злокачественной опухоли. И отпуская Анну Ивановну с рекомендацией обратиться к врачу, если её что-нибудь будет беспокоить, мы теряем поистине золотое время.

Чем можно помочь Анне Ивановне? Да хорошо всем известными гомеопатическими средствами, фитотерапевтическими сборами и другими методами традиционной медицины, которые как раз и эффективны для коррекции функциональных состояний. Теоретически, помочь нам в этом могут и биологически активные добавки, часть из которых тоже можно рассматривать как средства традиционной медицины.

Сложность только в том, что систему диспансерного наблюдения и специализированной помощи пациентам, вошедшим в группу риска, мы не успели завершить в период работы в НИИ онкологии им. П. А. Герцена. Основное своё время я сегодня как раз и трачу на создание этой системы, именно поэтому я и восстанавливаю наши старые связи с теми организациями, с которыми сотрудничала лаборатория онкологического скрининга, когда её возглавляла профессор Сотникова Е.Н., путешествуя по России-матушке.

О поездке в Рыбинск и на Алтай я расскажу в следующем выпуске рассылки.

С уважением, автор.


Подписаться:  


rasmas.com
РАССЫЛОК МАСТЕР